- Что значит - не хочет предоставить перерождение?
- Знаете же, что вы мертвый!
- Вот и оживят пусть.
- Проблема не в этом. Всем вашим имуществом теперь владеет единственная единовременно живущая родственница, Сьюзи Бузи. Ваша племянница, работает...
- Без разницы.
- Как хотите. Только, зачем беспокоиться? Пройдет время, получите вы перерождение.
- Хочу сейчас. Мне нужно. Сейчас.
Спрашивал и негодовал Иван Анатольевич, урожденный человек, сейчас вирмен. Отвечал и успокаивал исин - добротный представитель электронного человечества. Находились оба в лабораториях 'Вирмана' в одной из ячеек под одному богу известным номером.
Человек рождается и в результате долгой и непродолжительной жизни умирает. Смерть забирает его тело, а страховые агенты - личность. Затем, перенесясь на винт - уже вирменом - заносится в поддиректорию исина и, получив статус пользователя, продолжает жить. Ординарное, незаметное событие.
Незаметное на столько, что редко кто из людей помнит сколько раз уже умирал, вирменил и нарождался вновь.
Все были у дантиста. Все помнят, что это не самое приятное времезатратное дело, но вряд ли кто держит это ощущение в памяти постоянно. Вряд ли кто даже в самое хмурое утро, думает: 'Да, день сегодня фиговый, но все же лучше чем когда я сидел у стоматолога'. Лишь вновь оказавшись на приеме, вспоминаешь и знакомое кресло, и цвет кафеля и ту трещину в деревянной панели.
Вот и Иван не помнил, сколько уже его кольцевой трамвай перерождений проезжал остановку 'Смерть'. Путь без конца и препятствий.
Коса нашла на камень ли, две прямые нашли точку пересечения ли, но сейчас Иван не мог реализовать право, до того казавшееся аксиомой - право ожить.
В далекие уже как DOS времена, когда технология перерождения была молодой и слабоустойчивой к законопопранию, нашлось полно людей готовых воспользоваться лозунгом - разрешено, что не запрещено.
Против лавины мошенничеств с использованием вирменов был принят закон, передававший все права временно мертвого его живым родственникам. Права эти использовались чисто номинально. Реально с имуществом ничего не происходило.